Это было как будто вчера — ровно такие же майские праздники и начало очередного летнего киносезона, которое довелось ознаменовать первому ещё «Железному человеку». Там немедленно полюбившийся миру Тони Старк, не уходя в занудство, переосмысливал жизнь и с помощью металлолома, кувалды и такой-то матери собирал в афганской пещере «Марк I», там он же флиртовал с Гвинет Пэлтроу, мочил злодейского Бриджеса в стиле трансформеры-лайт и уклонялся от встречи с малопонятным гражданином в чёрном из агентства «Щ.И.Т.», прежде чем перед самыми титрами объявить миру о себе и с сугубо положительными впечатлениями отправить из кинозала новообретённых фанатов. А пока они выходили, всё на самом деле только начиналось, потому что там же компания «Марвел», едва самолично принявшись за экранизацию собственного наследия, стала закладывать фундамент для того, что мы можем наблюдать в кинотеатрах сейчас, четыре года спустя.

Тем же летом 2008-го «Невероятный Халк» за авторством совершенно другой творческой команды тоже был воспринят благоприятно, хотя и был отнюдь не так свеж, а вот последующая долгая дорога, как водится, не обошлась без ухабов. После двух лет молчания, «Железный человек 2» ясно давал понять, что Джону Фавро по теме сказать больше нечего и осталось только без задора и азарта повторять пройденное. «Тор» представлял миру Хемсворта с Хиддлстоном, а Кеннету Бране — возможность поиграть в Шекспира на комиксово-фэнтезийной почве, но в общем и целом, как фильм, все равно умудрялся запомниться чуть менее чем ничем. Наконец, «Первый мститель» оказывался явно лучше обоих, со своим актёрским составом и общим старомодным, в лучшем смысле этого слова, настроем, но все равно для улучшения общей картины многого не делал.

И в итоге на фоне этой общей картины того энтузиазма по отношению к грядущим «Мстителям», какой мог бы возникнуть сразу после первого ЖЧ и «Халка», ни разу за последние два года не появлялось и в помине. Ну да, «Марвел» удобно устроился на месте и установил правила игры, сейчас выдаст нам многомиллионный аттракцион, из которого, если смотреть на цифры сборов, наверняка ещё и получатся на поверку не столько «Мстители», сколько «Железный человек и его друзья». Да и в любом случае, ох уж нам эта сборная супергеройская солянка из плейбоев, богов, солдат, учёных, да ещё и супершпионов и инопланетян в придачу. Где имение, где наводнение. Ролики фильма этот цинично-пофигистичный настрой только усугубляли, представляя то, что должно бы являться, на минуточку, событием в жанре кинокомикса, не более чем набором остроумных фразочек Старка и однообразных экшн-сцен, в двух с половиной локациях да с начисто отсутствующим сюжетом.


( Read more... )


http://www.kinokadr.ru/articles/2012/05/05/avengers.shtml

Только сейчас вспомнил, что у лучшего актёра в мире сегодня юбилей. Нет мне прощения, да.

Одна из главных вещей, в которых любят обвинять нынешний кинематограф, а особенно пресловутую голливудскую студийную систему – это отсутствие оригинальности. Время от времени это обвинение неуместно, довольно часто оно обосновано и очевидно, и, по иронии судьбы, практически всегда оно до такого же зубовного скрежета банально, как и кинопродукт, против которого оно направлено. Все истории рассказаны, все персонажи определены, все операторско-композиторско-монтажные находки найдены, все границы установлены – и если в рамках студийной системы ты всё-таки хочешь сказать небанальность, тебе либо идти по стопам Тарантино и лепить из сотни классических деталей оригинальное целое (не избегая, впрочем, обвинений в «грабеже» и, соотв., неоригинальности, от отдельных личностей), либо брать целый жанр и выворачивать его наизнанку, будучи готовым к тому, что поймут тебя только столь же насмотренные и уставшие от штампов ценители.

Какой же жанр подходит для этой операции лучше, чем хоррор, давно уже разделившийся на многочисленные, но вполне специфические поджанры, играющие по своим правилам и давно приучившие к этим правилам зрителя. Когда в последний раз один из этих поджанров был заметным образом поставлен на голову, на свет появился «Крик», а через три года появление последнего на данный момент поджанра ознаменовала «Ведьма из Блэр». С тех пор прошло, посчитайте, уже тринадцать лет, и ритуал остаётся неизменным - одни и те же фильмы под разной обёрткой стабильно выходят, довольный тем, что никто не пытается выдернуть из-под него ковёр, зритель стабильно несёт денежку в кассу, а если на ковёр кто-нибудь всё-таки покусится – будет ему безжалостный провал в прокате, а то и вообще банально никакого проката.

Непорядок, решили Дрю Годдард и Джосс Уидон, знатоки современной поп-культуры в целом и хорроров в частности, а также короли находящихся с ними на одной волне гиков и фанатов, причём решили они это, надо отметить, ещё в далёком 2008 году. Тут же был написан сценарий, и в 2009-м, когда про Криса Хемсворта никто ещё не знал, и уж тем более не звал на роль Тора, фильм был снят и незамедлительно оказался на полке, угодив в самую середину истории с банкротством студии MGM. Впрочем, на качество фильма его формальный статус долгостроя никоим образом не повлиял.

Чтобы перевернуть набор клише с ног на голову, этот набор нужно для начала как можно убедительнее и показательнее воссоздать, и «Хижина в лесу» делает это с удовольствием и не жалея сил – пятеро милейших в своей штампованности персонажей, которым можно и нужно с первого их появления в кадре присваивать кодовые прозвища Шлюха, Качок, Задрот, Наркоман и Девственница, решают провести уикенд в блаженной лесной глуши, куда и отправляются, по дороге, «которой нет на джипиэс», а также минуя Старую Заправку, на которой Зловещий Старик угрожающе глядит, плюётся гнилью и всем своим видом пророчит недоброе. Наша пятёрка, впрочем, «Зловещих мертвецов» и подобные им фильмы не смотрела, а потому, с лёгким подозрением косясь назад, доезжает всё-таки до хижины, выглядящей безупречно, в том числе для того, чтобы никогда уже из неё не уехать. Погреб искать не надо – он откроется сам, а там персонажи, на потеху публике, уже сами обеспечат себе все неприятности.

При этом для зрителя, стоит отметить, погреб открыт с первой же сцены фильма. Более того, его туда, не спрашивая, заводят и всё демонстрируют с той же увлечённостью, с какой наверху воссоздают стереотипы, и результат этого хода, как и вообще всё в этом фильме, обзаводится двойным дном – с одной стороны, «Хижина» действительно с самого начала идёт по своему собственному пути, а также вволю и смешно шутит и находит способы отсылать к жанру хоррора во всей его многоликости, с другой – заведомо раскрывая правила игры зрителям, но не персонажам, авторы даже не пытаются сделать фильм хоть сколько-то страшным, и всё, что происходит с героями в первом часу фильма, становится просто-напросто предсказуемым. Настоящий юмор же в этой предсказуемости обнаруживается только раз за фильм – см. монолог героя Хемсворта перед его героическим проездом на мотоцикле.

Этот внутренний процесс жертвоприношения не прекращается, по большому счёту, ни на минуту – пока кино углубляется всё дальше в киноманский рай, дабы наконец показательно разорвать оковы классического сюжета и вырваться на опьяняющую свободу, без особого удивления, но и без особой радости обнаруживается, что персонажи уже совершенно неприкрыто предстали в виде марионеток, а кино, аналогичным образом, в виде аттракциона. И получилось так – даже не вопреки отличным отсылкам, указывающим на себя же и на зрителей метафорам вроде зеркала и всей работы, выполняемой персонажами Дженкинса и Уитфорда, а также небанальной общей канве сюжета, а пожалуй, даже и благодаря им. Чем больше «Хижина в лесу» задевает составляющих жанра хоррора, тем больше становится от них зависимой – и, в конце концов, попросту теряет способность функционировать как самостоятельное произведение. Сколь бы смешной не была любая фраза, сколь бы оригинальным любой сюжетный ход – они такие не сами для себя, но с обязательным условием, чтобы чему-то эту оригинальность противопоставить. И в итоге – перед нами экзерсис, кунштюк. Не более и не менее. Изобретательная, смешная и умная деконструкция, но насколько её при этом можно считать полноценным, собственным фильмом – вот в чём вопрос, на который каждому для себя ещё предстоит ответить.

Вот такое кино.

http://www.kinokadr.ru/articles/2012/04/15/cabininthewoods.shtml

Перед нами классический и, к сожалению, такой редкий случай, когда достойное немедленного внимания кино появляется ровным счётом из ниоткуда - в данном случае, оно этого добилось, непостижимым образом промахнувшись мимо всех последних фестивалей. А тем временем, творение дебютанта Ферранта - это психологическая драма первого разряда, тем более ценная тем, что добивается нужного эффекта без выдерживаемых бесконечность пауз и общей нарочитой монотонности происходящего - здесь этого нет вовсе, это заменяется, возможно, более стандартными для зрительского глаза, но при этом - однозначно более подходящими и просто-напросто более приятными приёмами, сдобренными и парой собственных находок.

Противостоя искушению направлять камеру только на одну часть действительно потрясающего пейзажа, оператор добросовестно демонстрирует его нам во всей его красе и полноте, и на этом уместном холодно-заснеженном фоне разворачивается формально камерная, но знакомая и понятная практически кому угодно история взаимного непонимания между двумя людьми, выводящая изначальную драму в триллер, а его - уже чуть ли не в психологический хоррор с соответствующей мощной концовкой и тяжёлым послевкусием, проходящим далеко не сразу. Здесь диалоги - не вызывая ощущения наигранности, бьют не в бровь, а в глаз, режиссёр уверенно держит руку на пульсе, параллельно постоянному слежению за эмоциональным состоянием персонажей находя время для мрачноватого юмора, пары монтажных фокусов и небанальных музыкальных вставок; сами же персонажи не только прописаны, но и отыграны практически никому не известными актёрами с поистине достойной восхищения точностью и глубиной.

И в итоге, при том, что ничего из происходящего в кадре и за кадром новаторским назвать нельзя, кино в целом - благодаря своему исключительно верному следованию концепции и в полной мере наличествующему у автора чувству меры, а также его уверенности в себе, не переходящей в излишнее бахвальство и самомнение - производит тот эффект глотка свежего воздуха, какой любое кино в последнее время производит всё реже и реже. Уже за одно это его фактически нельзя переоценить - всё, что можно, это восхищаться. И имя Алана Ферранта давайте, всё-таки, запомним. 

Три дюжины будущих кинозвёзд в дебютных ролях



Пусть они явно местами и не совсем дебютные - первая роль того же Николсона например вот. Но все равно, познавательно

Квентину Батьковичу Тарантино - 49!



И нет в современном кино никого, кто бы.
Есть мнение, что нужно по этому поводу непременно что-нибудь пересмотреть, осталось, конечно, только понять, что.

Художественная литература с персонажами и целевой аудиторией в виде «молодых взрослых» (по-английски это куда складнее формулируется как young-adult fiction) в том или ином виде существует уже почти два столетия, однако именно в последние годы она заявила о себе как никогда. А случилось это благодаря ровно двум произведениям, которые ловчее всех поймали волну и стали явлениями сами по себе, успешно продав десятки миллионов копий и обзаведясь экранизациями, стабильно навещающими мультиплексы и высшие строчки бокс-офиса уже который год. Речь идёт, как вы уже поняли, о «Гарри Поттере» и «Сумерках», добавивших каждый по своей фишке к классическому рецепту.

А он был и остаётся прост – берутся несколько лиц подросткового или юношеского возраста и помещаются в центр некоей истории, где им и приходится взаимодействовать и рефлексировать, будучи зависимыми от авторского таланта и воображения. Последнее всегда способно к тому же обогатить приземлённый антураж, например, вампирами и оборотнями или целым миром волшебников, и именно так Роулинг и Майер сорвали банк и, по большому счёту, удалились в закат, оставив за собой толпу авторов с примерно аналогичными амбициями. Самой успешной среди них стала в итоге Сюзанна Коллинз, поместившая своих персонажей внутрь не абы чего, а антиутопии.

Итак, отдалённое будущее, Северная Америка после неизвестного апокалиптического события осталась лежать в руинах, из которых, впрочем, вскоре восстала в виде центрального Капитолия и подчинившихся ему 13 дистриктов. Дистрикты, в свою очередь, намёка не поняли и подняли мятеж, по итогам которого Дистрикт-13 исчез с лица Земли уже окончательно, а остальным, для пущего унижения, выпало каждый год отправлять по юноше и барышне в столицу, и там, на арене очередных Голодных игр, двадцать три погибали, а один оставался. Такой вот взболтанный, но не смешанный коктейль из «Повелителя мух», «Смертельной гонки 2000», «Бегущего человека», означенных антиутопий и подростковых романов, древнеримских имён, а также, разумеется, японской околошедевральной «Королевской битвы» - достаточно похожей на предмет нашего сегодняшнего обсуждения, чтобы Коллинз уже не раз обвинили в плагиате. Писательница, впрочем, твёрдо настаивала, что обрела идею, последовательно увидев по телевизору реалити-шоу и репортаж о вторжении в Ирак, а Голливуд, не обращая на всё это внимания, уже не дремал – чтобы не устоять и соблазниться правами на экранизацию, ему потребовалось меньше года.


( Read more... )

http://www.kinokadr.ru/articles/2012/03/25/hungergames.shtml

Взять хотя бы принцессу, которая комсомолка, спортсменка и просто красавица. Это же ужас, что из нее соорудили сценаристы: в одиночку дошла мозгом до никому не известной технологии синего луча (глава Академии Наук Марса), соорудила действующий агрегат, при этом не дурочка пофехтовать как мастер клинка и ко всему прочему еще Мисс Джарсум (или как его?).

- кругом пустыня, что они вообще едят? и пьют?
- чем откормили мега-гиббонов?
- где вообще живность кроме ездовых и флэш-пса?
- что это за напиток полиглота такой чудесный?
- с чего пес такой реактивный, а аборигены - нет?

Откуда у дикарей ружья с такими длинными и тонкими (!) стволами? И почему их нет у гуманоидов? Тонкие и длинные стволы в условиях пустыни и чистить от песка сложно, и погнуть как нечего делать, а выправить обратно будет стоить огромных усилий, да и не поможет

Почему, когда Картера брили, то сбрили аккуратно только бороду и усы, а волосы и брови оставили? Логичнее было бы оболванить полностью.

Про напиток полиглота я уже упоминал. Еще один момент, связанный с ним: почему Картер не траванулся напрочь чужой органикой? Учитывая, что у аборигенов голубая кровь, можно предположить, что метаболизм у них совершенно иной

Почему у дикарей рога на лице? Они на кабанов не похожи нисколько и трехметровый рост не располагает к копанию лицом в земле, а только в таких условиях и возникают подобные бивни.

Отдельный привет автору битвы на арене с мега-гиббонами. Никакая горилла не станет прыгать сверху незащищенным животом, а-ля американские рестлеры. Она будет молотить кулачищами

Джет-пес, мягко говоря, умиляет. Мало того, что его срисовали с гигантской земноводной (2 м в длину), жившей 250 млн. лет назад (названия не помню), которая передвигалась по суше со скоростью черепахи постоянно останавливаясь и отдыхая, так еще и нарушили в ней кучу законов физики, термодинамики и биологии (ксенологии?). Животное с таким резким переходом от запредельной активности к покою и наоборот не может существовать, потому что не может существовать никогда. Никакая сердечно-сосудистая, дыхательная, нервная и выделительная системы этого просто не выдержат. Не говоря уже о диком энергопотреблении такого зверя – он должен постоянно ЖРАТЬ, чтобы просто не издохнуть на месте. Не говоря уже об отсутствии запыханности в паузах между бегом.

Пишут нам, как вы поняли, про "Джона Картера", вот сюда. Там есть и немало дельного, но вот что касается вышепроцитированного, равно как и объёма всей писанины автора, вместе взятой - я конечно всё понимаю (тм), но есть мнение, что это уже диагноз.

Есть среди эпических голливудских блокбастеров фильмы, стоящие на отдельной, в определённом смысле – высшей ступени. Действуя внутри жанра, направленного в первую очередь на совмещение на белой простыне самых больших возможных бюджетов и непомерной фантазии авторов, эти фильмы добились главного – перенесли своих героев в совершенно другую вселенную, где они могли, оборвав все связи со своим прежним бренным миром, вволю геройствовать с чистого листа. На экране, таким образом, в полной мере воплощались не просто все идеалы и тайные мечты этих персонажей, но, что гораздо важнее – идеалы и мечты зрительские.

Это стало залогом абсолютных кассовых рекордов «Звёздных войн» и «Аватара», в чуть меньшей степени из этого черпали вдохновение и «Властелин Колец» с «Нарнией», сюда же при желании можно отнести «Гарри Поттера» с «Пиратами Карибского моря», и в списке хватит места ещё для стольких же наименований. И даже в случае с фильмами, прямо основанными на литературе, появившейся позже творений Эдгара Райса Берроуза, эти самые творения не служить вдохновением просто не могли. И при этом, непостижимым образом, сами они не были напрямую экранизированы вплоть до сегодняшнего момента.

1912 год – то, что будет пять лет спустя издано как роман «Принцесса Марса», публикуется в журнале серией отрывков под общим названием «Под лунами Марса» и немедленно обретает популярность. Середина тридцатых – проваленная попытка MGM сделать на этом материале (к тому моменту у романа появилось уже полдюжины продолжений) первый в истории полнометражный анимационный фильм, причём проваленная прямо на фоне успеха игровых короткометражек про Бака Роджерса и Флэша Гордона, угадайте, чем вдохновлявшихся. 1989 год – аж через десяток лет после оглушительного успеха «Звёздных войн» и первой полнометражки «Стар Трека», Джон Мактирнан собирается ставить фильм с Томом Крузом в главной роли, прежде чем решает, что технологии все равно ещё недостаточно развиты. 1994 год – Майкл Крайтон, создатель сериала «Скорая помощь», называет одного небезызвестного персонажа в честь берроузовского героя. Это для тех, кто, только завидев название фильма, бежит шутить про «кто-нибудь, позовите Картера».


( Read more... )


http://www.kinokadr.ru/articles/2012/03/09/johncarter.shtml

Майк Миллз дебютировал в качестве сценариста и режиссёра семь лет назад независимым драмкомом «Дурная привычка» про подростка, с детства так и не прекратившего сосать палец. Ничем, кроме присутствия Киану Ривза и Тильды Суинтон, фильм не выделялся, а потому фактически появился и исчез, и то же самое можно было бы сказать про Майка Миллза, если бы пять лет спустя он не решил перевести в сценарий историю из собственной жизни, в которой к нему пришёл 75-летний отец и признался, что он гей, через несколько месяцев после смерти женщины, на которой он был женат последние сорок с лишним лет.

История, которую, по большому счёту, можно ничем не дополнять, а автору нужно совсем уж откровенно схалтурить, чтобы снять по ней неинтересное кино. В данном же случае автор не просто не схалтурил, но и не стал искать для этого лёгких путей. Он обогатил основную историю сразу несколькими другими, заставил постоянно взаимодействовать в кадре совершенно разных людей (и не только людей), выстроив абсолютно персонажную историю, сдобрил её множеством нюансов, разбил повествование на фрагменты, чтобы потом они снова соединились в завершённое целое. И всё это — он вдруг взял и сделал так, что не налюбуешься.

В последнее время создаётся впечатление, что все, кому не лень, взялись снимать фильмы, что называется, «про жизнь». И делая фактически то же самое, Миллз обошёлся без 150-минутного хронометража, операторских изысков, зато поставил кино, в котором за каждым героем, вплоть до последнего проходящего мимо статиста, чувствуется полноценная история и характер (и никто не предстаёт одноногой собачкой), приёмы вроде субтитрованного пса и закадровых монологов на фоне весёлых картинок ничуть не отвлекают и не раздражают, а меланхоличные диалоги ненавязчиво выстраиваются, по сути, в один огромный монолог. Кино без тени фальши, натужности и пафоса, от начала и до конца прекрасное этим своим размеренным, светло-грустным настроением, про то, что вот она жизнь, и все мы в ней постоянно в чём-то начинающие.


Давешнее занимательное явление, известное под кодовым названием «Джадд Апатов аттак», разгоревшись в полную силу летом-осенью 2007-го, хоть и осталось на плаву, но довольно быстро стихло, а ко времени амбициозных, но в итоге неудачных «Приколистов» и вовсе перестало представлять интерес для нашего брата киномана. Должно было пройти ещё два года, чтобы Апатов-продюсер, Апатов-брэнд с его фирменным подходом «пошло, зато с душой» совершил некий однозначный камбэк — и какой, принёсший самую большую кассу в карьере всех участников, а затем ещё и увенчанный двумя оскаровскими номинациями, чего у Апатова тоже до сих пор не случалось.

После первого лёгкого шока ситуация, как всегда в таких случаях, стала совершенно понятной — «Подружки невесты», поначалу претендуя не более чем на статус очередной вульгарной укомеди, в итоге вышли первым со времён «Дрянных девчонок» настоящим заходом на большое женское комедийное кино, в котором именно представительницы прекрасного пола сначала самоотверженно писали бы сценарий, а затем собирались отчаянно жечь в кадре. И не сказать, что в итоге у них не получилось ни того, ни другого, но основополагающей проблемой этого фильма явилось то, что реализованы эти благие начинания были в лучшем случае с переменным успехом.

Сценарий буквально с первой же сцены начинает носиться из стороны в сторону, унося за собой и комедию, которая делится тут на смешные неловкие ситуации, несмешные неловкие ситуации, вставные аттракционы и испражнения в умывальник; и драму, которая сначала неуместно взвинчивается до Драмы, затем разрешается за считанные минуты; и персонажей, которые из живых людей то и дело превращаются в карикатуры, если только не являются последними с самого начала. Искомую душевность при таком раскладе остаётся подбирать по частям по ходу просмотра (если это занятие вообще вас заинтересует), Джон Хэмм в образе мужской шовинистической свиньи чуть ли не крадёт у милых дам всё кино, под конец же, как и положено, в камеру произносится мораль, и все танцуют (тм). Что же до номинаций — всё-таки есть впечатляющая ирония в том, что именно этому фильму в итоге ничто не помешало пойти рука об руку с оскаровской политкорректностью. Хотите знать, почему Галифианакиса пару лет назад не номинировали за мужскую роль второго плана в «Похмелье»? Причина, как оказалось, всего одна и очень простая: он — не женщина.

http://www.kinokadr.ru/articles/2012/02/19/lostfilms.shtml

Давным-давно в далёкой-далёкой Галактике бушевала Война звёзд



сенькс ту muliwe

Боевик 90-х как свой собственный жанр по-прежнему живее всех живых. В век вездесущих компьютерных спецэффектов, на которые посмотреть приятно, но и стоят они дорого – да к тому же странно смотрятся во внесезонье, например, февраля – иной продюсер нет-нет, да вспомнит, что рецепт успеха, возникший после ухода совсем уж пафосных 80-х и с появлением на сцене лиц вроде Уиллиса, Траволты, Кейджа, Ривза и того же Дензела Вашингтона, он по-прежнему может быть рецептом успеха.

Требуется-то всего ничего – взять пару-тройку относительно респектабельных актёров, которые не обременены горой мускулов, зато могут и экшн-сцену, и драму отыграть с одинаковой убедительностью, и поместить их в кадре в некие ситуации, активно располагающие и к тому, и к другому. Сценарий тут может не быть гениальным, но и откровенно провалить его надо уметь, знающие своё дело режиссёр, оператор и монтажёр завсегда найдутся, а продюсеру только и остаётся следить, чтобы бюджет не сильно приближался к ста миллионам.

Тем не менее, поскольку на дворе всё-таки уже и не нулевые, а десятые, и живём мы с вами в эпоху серьёзности и реализма, боевик 90-х, если он хочет быть успешным, не может под это хоть немного не подстраиваться – в нём при желании найдётся немного места и серьёзности, и реализму, мелькающий тут и там спецэффект не будет резать глаз, а пафос и клюква будут скорее подаваться со здоровой долей самоиронии, чем без неё.

Когда же дело дошло до фильма «Код доступа «Кейптаун» (в оригинале он зовётся, разумеется, не так, но в одном прокатчики угадали – переведённое название тоже будто прямиком из девяностых), история вышла поинтереснее. Жила-была на голливудских холмах студия «Юниверсал», и всё у ней шло не так хорошо, как хотелось бы, но была у неё в двухтысячных одна настоящая отрада – трилогия о Джейсоне Борне, славная и популярная, среди прочего, тем, что операторской работой, монтажом и звуком создавала на экране такой эффект присутствия, напряжения и реалистичности происходящего, какой ранее многим представителям жанра и не снился. Отпускать франшизу на «Юниверсале» не хотели и в конце концов кое-как её продолжили, но между делом прошло пять долгих лет, за которые студия не удержалась и попыталась-таки применить борновскую стилистику к фильму, который на первый взгляд не особенно для этого подходил.


( Read more... )


http://www.kinokadr.ru/articles/2012/02/12/safehouse.shtml

В тёмно-зелёном американском захолустье Среднего Запада 35-летний Кёртис живёт мало чем примечательной, но добропорядочной и спокойной жизнью любимого и любящего отца и мужа, честно зарабатывающего себе на жизнь, встречающего препятствия вроде глухоты дочери и не всегда достаточного количества денег, но всё-таки уверенно идущего вперёд. Одной ночью к нему начинают приходить видения. Грозно сгущающиеся тёмные облака; ливень, льющийся моторным маслом; соединяющиеся в причудливые фигуры стаи птиц; ветер, гром и молнии; буря, вот-вот готовая превратиться в торнадо. Сны постепенно переходят в галлюцинации, и что же всё это – нервное расстройство или верные признаки грядущего апокалипсиса?

Для режиссёра и сценариста Джеффа Николса это – приём, на котором повествование строится, но не зацикливается и уж точно не превращается в триллер о пророках и предзнаменованиях. В соответствии со своими независимо-санденсовским корнями, это сугубо персонажная история, в которой минутные переходы в жанр фильма-катастрофы уместно разбавляют собой рутинность, переливаясь через край разве что в паре моментов, когда режиссёру хочется устроить этакий небольшой бытовой хоррор с таинственными людьми за окном и стояниями посреди кухни. А в центре всего этого – Шеннон и Честейн, он – спокойный и не тянущий на себя одеяло (тем мощнее его немногие эмоциональные сцены), она – показывающая именно здесь лучше всего, почему же она стала в минувшем году нашим новым всем.

Но даже при всём этом фильму было бы тяжело оставить за собой долгоиграющее впечатление – слишком уж размеренно он, в конце концов, рассказан – если бы не концовка, которая, может, и не придаёт драматического накала, зато неожиданно оказывается по-хорошему очень трогательной. И если как минимум визуально она немедленно отсылает к братьям Коэнам, то тематически роднится с вовсе далёким от Николса, на первый взгляд, Кристофером Ноланом. Потому что лишь пара жестов, пара слов – а точнее, всего одно слово - и уже становится не так важно, что именно происходит в кадре на самом деле. Главное, что герой теперь не один.

Имя Джо Карнахана впервые появилось на киноманских радарах девять лет назад, когда на экраны скромно, но под благословение критики вышел «Нарк» - малобюджетная полицейская драма, которая могучей актёрской харизмой вкупе с насыщенной атмосферой ставила в угол чуть ли не всех конкурентов в жанре, появившихся в последующие годы. Сам же Карнахан, переждав, сначала вволю поиграл в Гая Ричи, а затем – в бессмысленный и беспощадный летний блокбастер, но критика была уже менее благосклонна, прокат не шёл, дорогие сердцу «Белый джаз» и «Убить Пабло» продолжали стоять на месте, и режиссёр, не долго думая, решил, что с него пока хватит, взял имевшийся уже несколько лет сценарий, немного денег и семерых суровых мужиков во главе с Лайамом Нисоном, и отправился в снега и морозы снимать кино, знакомое ему лучше всего.

Стоит появиться на экране первой же панораме заснеженных лесов, оглашаемой волчьим воем, становится понятно, что режиссёр в своей стихии, и покидать её он не намерен. Завязка проходит быстро – достаточно ознакомительно-знакомящего закадрового монолога и как бы намекающей сцены с ружьём - и вот уже самолёт без лишних слов разлетается по земле, оставляя в живых семь заиндевевших бород, которым теперь предстоит попробовать и дальше оставаться в живых, пока вокруг бушует неистовый ветер, из темноты понемногу начинают сверкать жёлтые глаза, и неоткуда ждать помощи.

Выживальческий триллер – редкий гость в кинозале, а даже когда он там появляется, он слишком часто намеренно себя ограничивает. Но там, где «Замёрзшие» и «Открытое море» успешно и не очень давили драму и напряжение из двух-трёх персонажей и одной локации, Карнахан спокойно позволяет себе выйти за подобные рамки – у него люди в кадре имеют полную свободу перемещения, которой и пользуются, и как бы просто это ни звучало, фильм заметно выигрывает уже от этого. Персонажи, как водится, предельно штампованы, но и предельно отличны друг от друга, и сквозь нехитрые диалоги да пускаемые время от времени скупые мужские к ним легко проникнуться симпатией – а к кому нелегко, тот свою долю симпатии ещё заслужит.

Жёлтые глаза продолжают сверкать, серые тени продолжают мелькать, оператор продолжает живописать заснеженные красоты, а повествование ни разу не сбивается с заданного ритма и поставленной задачи – несмотря на умение волков крайне внезапно появляться из темноты и творить всякое, фильм ни на минуту не превращается в слэшер или монстр-муви, оставаясь предельно серьёзной персонажной историей, размеренно перемещающейся себе из локации в локацию и ведущей за собой готового зрителя.

Другое дело, что если об опущении до уровня трэшака речи не идёт с самого начала, то идти на подъём Карнахану никто не запрещал, и пока надежда на спасение становится всё призрачнее, а персонажи мало-помалу уменьшаются в количестве, не чувствовать в фильме зарождающихся амбиций невозможно. И вот уже простейшая, казалось бы, история выживания в диких условиях переходит в кино о вечном конфликте человека и окружающего мира, в данном случае представленного стаей волков, а пресловутые «30 миль радиуса охоты» неотвратимо замыкаются в свой собственный маленький мир.

И режиссёр упорно ведёт эту линию до конца, ведь круг сюжета тоже должен замкнуться, человек и зверь должны встретиться в последний раз, и история должна красиво завершиться, а кино – если и не выйти окончательно на уровень чего-то философско-экзистенциального, то, по крайней мере, заявить о своих на него претензиях. Что оно и делает, конечно, не забыв предварительно по десятому разу показать один и тот же пятисекундный флэшбэк, достать на свет одно и то же несчастное письмо и зачитать одно и то же пафосное стихотворение. В этих моментах, по сути, и заключается единственная настоящая проблема фильма – и четверти часа не проходит без того, чтобы он снова не нырнул на минуту в глупость и банальщину, регулярно смазывающие общее приятное впечатление.

Впрочем, и тут, несмотря на то, что фильм от этого не сильно портится, он не обходится без помощи – в лице Нисона, чья непоколебимая харизма способна заставить проникнуться даже такими бесстыдными и пошлыми приёмами кого угодно. Об остальном фильме и вовсе говорить нечего – и в свете только что появившихся новостей о дальнейших совместных планах режиссёра и актёра, хочется надеяться, что они воплотятся в жизнь, поскольку эти двое, теперь уже совершенно очевидно, заслуживают друг друга, а зрители – заслуживают их.

До встречи в кино.

http://www.kinokadr.ru/articles/2012/01/29/grey.shtml

http://nktkomarov.tumblr.com/
добрался и туда

Самые страшные люди на свете

Сергей Лобан и Марина Потапова - конечно, личности в сегодняшнем отечественном кинематографе неординарные, их "Пыль" с самого момента выхода прочно впечаталась в то пространство этого самого кинематографа, которое является культовым, и ныне остаётся лишь жалеть, что она до сих пор там и осталась, поскольку гипертрофированные, но такие знакомые персонажи и финальное сольное выступление Мамонова с годами в силе ничуть не теряют, а наоборот, только прибавляют. Но вот, шесть лет спустя, наконец-то созрел новый проект, в котором старые и новые участники собирают вещи и отправляются в старый добрый Крым, чтобы под руководством Лобана и Потаповой разыграть там для нас ещё один экскурс в современное российское бытие.

Добрые полгода фильм двигался хоть к какому-то, но прокату, под рассказы о том, как циничная московская кинокритика на ММКФ взрывалась аплодисментами сорок раз за сеанс, и уже через десять минут после начала просмотра сомнений в том, что всё так и было, причём заслуженно, не остаётся ровным счётом никаких. Потому что это действительно нечто невероятное. Почти четырёхчасовой фильм у Лобана не оказывается ни раздутым, ни вялым, ни затянутым - вместо этого он дышит полной грудью, и если первые две части, формально выполненные в жанре "отпускной комедии", берут прекраснейшим юмором и приятнейшей атмосферой, то вторая половина, размеренно-созерцательная, переходит уже на драматургию и то меланхолическое восприятие нынешней российской действительности, хорошо знакомое каждому её обывателю.

Лобан, раз за разом разбавляя повествование музыкальными номерами и с удовольствием сводя персонажей из разных историй вместе, широкими мазками рисует огромное кинематографическое полотно, которое без всякой претенциозности достигает того самого духа всеобъемлющести и не растекается мыслью по древу, вообще не вызывая ничего, кроме моря исключительно положительных эмоций, главная из которых - это такое простое киноманское счастье от того, что тебе предоставили возможность так долго смаковать нечто настолько прекрасное. И вспоминая после просмотра какую-нибудь недавнюю звягинцевщину, претендующую у нас, как обычно, на звание главного и лучшего, можно только с трудом сдержать смех. Ничего более значительного, чем "Шапито-шоу", за последние годы в российском кино снято не было. И теперь, скорее всего, ещё долго не будет.

Заявив впервые ещё многие месяцы назад о том, что "я уйду, но не уйду но не сейчас", Содерберг и правда вышел на финишную прямую -   четыре его фильма, выходящие на экраны в ближайшие полтора года пусть и отдают лёгким издевательством, но всерьёз иначе как стремлением поскорее уйти из профессии, только сначала сняв вот это, вот это и вот это, не воспринимаются. "Нокаут", первый из этих четырёх - это прежде всего история того, как режиссёр однажды увидел по ящику бой MMA с участием Джины Карано, и увиденное ему так понравилось, что он, ещё не успев выпустить на экраны "Заражение", решил дёшево и сердито выстроить вокруг девушки небольшой, но эффектный боевик, позвать на второстепенные роли (а фактически - 10-минутные камео) кучу звёзд и в характерной манере всё это снять, смонтировать и озвучить.

Совершенно благое намерение, особенно с учётом того, что г-жа Карано в итоговом фильме производит предельно благоприятное впечатление даже в диалоговых моментах, а уж в экшн-сценах более чем оправдывает ожидания. Тут и возникает проблема - серьёзных экшн-сцен в фильме три с половиной штуки, и из них три происходят в первые полчаса, за чем следует ещё добрый час прелюдий к экшну, которые заканчиваются пшиком, неприлично большого количества диалогов, которые оказываются неприлично дурацкими, и само участие в них Карано вскоре тоже начинает казаться неприличным. Её хлебом не корми, дай надрать всем этим мужикам в кадре задницу, но нет - пять минут разговаривать с Дугласом, пять с Пэкстоном, десять с Макгрегором, ещё десять - вести машинку и рутинно излагать свои супершпионские злоключения первому попавшемуся парнишке, пока сценарист, режиссёр, оператор и монтажёр растянут в лучшем случае 45-минутный сюжет до полуторачасового полного метра.

В точку здесь, по большому счёту, только музыка - прекрасный композитор Дэвид Холмс быстро понимает, что к чему, и хоть как-то оживляет происходящее, потому что уже после той самой драки с Фассбендером все до единого персонажи начинают только и делать, что ровным счётом ничего не делать, разве что иногда прикидываться. Пофигистичный сценарий хоть и лениво, но всё-таки рисует некую историю - до того момента, пока ему всё это окончательно не надоедает, и вот уже в качестве услуги зрителю ему доходчиво объясняют всю предысторию, вслед за чем его ждёт издевательский финал, который бы раздражал, если бы не воспринимался с таким резким облегчением - ну наконец-то вся эта скукота ни о чём закончилась. Кто там на ком стоял, кто кого и зачем подставлял - перестаёт интересовать ещё до конца первого часа, и хочется спросить лишь одно - зачем Содерберг так подставил Джину Карано. Если у неё всё-таки случится некое будущее в Голливуде, хочется надеяться, в нём она найдёт лучшие возможности себя показать.

Познав вкус успеха и признания экранизациями Стига Ларссона (и, в меньшей степени, "Впусти меня"), рассудительные скандинавы сделали правильный вывод о том, что надо продолжать в том же духе - и правда, даром что литературного материала навалом, необходимые бюджеты вполне можно заполучить, и харизматичные морды так и просятся на экран. К тому же вечно продолжающий терять остатки совести Голливуд не ждёт и не терпит, если не мы - то они, если мы - то все равно и они тоже, так давайте хоть скажем своё слово первыми, чёрт побери. 

С "Охотниками за головами" всё так и вышло - не успев выпустить кино у себя дома, норвежцы успешно продали права на прокат в полсотни стран, и конечно, не обошлось без того, что права на римейк приземлились в жадных ручках "Саммит Энтертейнмент". Что там наснимают американцы на этом материале, покажет время, однако уже сейчас представить это нелегко. История о том, как профессиональный хедхантер и по совместительству похититель картин находит очередного специалиста, только чтобы обрести на свою задницу всякого, идеально подходит для пересаживания на американскую почву в свои первые минут тридцать, однако затем случается интересное - этакое отполированное авантюрное кино в духе "Аферы Томаса Крауна" ловким движением руки берёт и превращается в грязный и жёсткий сурвайвал-триллер, в котором один бывший вояка настолько офигевает от того, что ему не сразу же согласились дать работу, что ставит своей целью достать того самого бедного хедхантера, чего бы это не стоило. Ну, например, того, чтобы столкнуть с обрыва полицейскую машину с четырьмя служителями закона внутри и не моргнуть. 

Сценарий фильма плох настолько, что вопросы к происходящему на экране регулярно возникали даже у меня - надо сказать, зрителя, который чаще, чем ему хотелось бы в этом признаться, позволяет повествованию себя унести, не придираясь к каждому сюжетному ходу. Здесь же, несмотря на то, что смена тона в фильме проходит без сучка, без задоринки, и в целом он - бодрый, энергичный и непредсказуемый, эта самая непредсказуемость, по сути, рождается только из того, что сценаристы (следуя, надо полагать, за автором книжки?) готовы сделать что угодно, только бы двигать историю вперёд. И вот на протяжении почти двух часов перед нами искренне разыгрывается некое подобие запутанной истории, в котором ключевые сюжетные звенья раз за разом состоят в том, что персонажи случайно что-то находят, внезапно умирают, ещё более внезапно оживают и чудом выживают, на ходу строят коварные планы и оказываются ровно настолько удачливы в одной плохой ситуации, чтобы, тяжело дыша, перескочить в следующую, которая будет ещё хуже, а целые сюжетные линии оказываются не более чем удобными предлогами для других. Под конец же ко всему этому лихо скрученному пиру духа пропадает интерес даже у сценаристов, легким движением руки устраняющих последнюю угрозу для главгероя и нахально закругляющих всё это дело тем самым "мой рост метр шестьдесят восемь". В сухом остатке остаются, таким образом, отличный актёр Аксель Хенни и отличная сцена, в которой измазанный дерьмом герой насаживает собаку на зубья трактора, после чего садится в него и едет. И можно безопасно предположить, что в американском римейке не будет ни того, ни другого. Что, в общем-то, уже сейчас решает его судьбу.

Джейсон Рейтман поднялся на вершину быстрее, чем кто-либо за последние годы - стоило ярко и уверенно дебютировать жгучей сатирой "Здесь курят", как дальнейший путь оказался проложен сам собой, и вот уже безудержная в своей стилистике "Джуно" и размеренное, меланхоличное полотно "Мне бы в небо" друг за дружкой собрали по тонне денег, номинаций на золотого истукана и восторженных рецензий западных критиков. Чего от молодого режиссёра стоило ждать после этого, было не совсем понятно и довольно интересно, ещё более интересно после того, как его четвёртая работа с треском провалилась в прокате, не получила большой любви критиков и давно уже не упоминается, когда речь заходит о грядущих оскарах.

После просмотра - нет, на самом деле, уже минуте на десятой просмотра - всё это перестало меня удивлять, поскольку Рейтман снял свой лучший фильм, и перед нами тот случай, когда, чтобы снять свой лучший фильм, режиссёру необходимо было отказаться от всяких возможных компромиссов. Рейтман с самого начала производил впечатление режиссёра 70-х, снимающего на 30 лет позже: все его фильмы - несложные по форме драмкомы, в которых единственная цель сдержанной режиссуры - это обеспечивать поддержку для главного, а именно сценария и актёрской игры. И в "Молодой взрослой" он дошёл в этом смысле до логического конца, во второй раз вооружившись сценарием Диабло Коди (которая и вовсе развернулась на все 180 и без всяких видимых усилий написала серьёзный, умный сценарий про настоящих людей), и поставив вполне камерную, вполне трагическую и циничную историю затянувшейся юности.

Мэвис Гэри уже ближе к сорока, чем к тридцати, она живёт в одиночестве в большом городе и работает литературным негром, питается всем подряд и спит в чём, с кем и когда попало, из всех живых существ любит только свою собаку, а на окружающих людей смотрит с неизменным ледяным выражением истинного мизантропа. Единственная музыка в её жизни - родом из начала девяностых, записанная на кассету, подаренную бывшим школьным парнем, который теперь женат, с ребёнком и вполне себе счастлив без потребности уезжать из их провинциального городишки. Бессмысленный и безнадёжный поход Мэвис с целью вернуть его назад оборачивается ничем иным, как суровой реальностью, в которой бывшая королева бала вынуждена коротать алкогольные вечера с жирным искалеченным гиком, пока остальные бывшие одноклассники смотрят на неё в лучшем случае с жалостью, а в худшем - с презрением. И её финальное вербальное столкновение с этим миром - жалкое, стыдливое и грустное - приведёт в лучшем случае к тому, что она избавится от подростковых фантазий, но это не значит, что как личность она изменится. Не изменится, пока можно будет пообещать себе светлое будущее, настучав его на ноутбуке, и пока будут люди, готовые поддерживать в ней её иллюзии. Такая вот героиня нашего времени, с прошлым, из-за которого у неё нет ни настоящего, ни будущего, и вряд ли они когда-нибудь появятся.

Том Тыквер и братья-сёстры Вачовские, после провалов своих последних проектов сумевшие обобрать множество европейских и азиатских независимых источников на $100 млн, а затем, опять (в случае Вачовских) пристроившиеся к братьям Ворнерам, удалились снимать на эти деньги экранизацию одноимённого романа, в котором нашли себе место перетекающие одна в другую история морского путешествия в 1850-х, история нищего музыканта в 1930-х, история издателя наших дней, журналистский триллер 70-х, антиутопическая Корея и постапокалиптические Гавайи. Аналогичным образом они найдут себе место и в фильме, три в исполнении Тыквера и его команды, три в исполнении Вачовских, все - связанные одной общей темой, но более ничем... ну, кроме эклектичного актёрского состава (Том Хэнкс, Холли Берри, Хьюго Уивинг, Бен Уишоу, Джим Бродбент, Сьюзан Сарандон, Бэй Дуна и Хью Грант), в котором многие - или все - сыграют сразу по несколько ролей и появятся в двух, трёх, а может, и всех шести историях. Если этот фильм будет успешным, он будет выдающимся. А если он окажется творческим провалом, то все равно станет самым амбициозным и захватывающим провалом этого года.